В начале 18 века граница петровской России отодвинулась далеко на юг к Азовскому морю, и наш город окончательно утратил свое былое военное значение.
В результате проведенных Петром Первым преобразований служилые люди Ефремова с 1719 года превратились в однодворцев (особую группу государственных крестьян).
Так начался второй период в истории города, продолжавшийся до губернской реформы 1775 года.
В 1708 году (с момента создания губерний) Ефремов вошел в состав Азовской губернии, которая в 1722 году была переименована в Воронежскую. При разделении же ее на провинции в 1719 году Ефремов стал уездным городом Елецкой провинции.
О крепостных стенах в то время совсем перестали заботиться, их остатки были разобраны в 1759 году и использованы на отопление воеводской канцелярии.
В составленном в 1723 году первом географо-экономическом описании Ефремова наша река Меча ни разу не названа Красивой. Лишь примерно со второй половины 18 века за ней закрепляется современное опоэтизированное название.
За стремительное течение в некоторых местах Мечу именовали Быстрой. Именно тогда, взирая на удивительные пейзажи, люди желали придать своим селениям некий дух добра и красоты, называя их Серебряный Колодезь, Ново-Красивое, Благодать…
Писатель пушкинской поры Н. Ф. Павлов, очарованный здешними пейзажами и красавицей Мечей, писал: «Студеная, прозрачная река течет также быстро, извивается также неправильно, как летает над нею ласточка, беспокоясь о приближении тучи. Высокий тростник шумит по ее заливам. Круты, отвесны берега ее. По ним тянутся леса, кое-где возвышаются курганы, надгробные памятники безымянных людей и кое-где мелькают разноцветные скалы: то бледные, то голубые, то желтые»…
Несмотря на относительную свободу и некоторые привилегии, потомки служилых – однодворцы – жестоко эксплуатировались местной властью. Всячески притеснявшие их воеводы наживали за счет однодворцев целые имения и состояния. Не иначе как «народным разорителем» называли ефремовцы воеводу Хитрова.
Как в своей вотчине распоряжался и майор Зиновьев – ефремовский воевода начала 70-х г.г. 18 века. В большие религиозные праздники все однодворцы обязаны были оказывать ему «почести».
В это же время владения помещиков придвинулись и окружили плотным кольцом дачи городских слобод: Иноземской, Пушкарской, Стрелецкой, Старой и Новой Казачьей. Более алчные влезли уже и внутрь дач.
Многих своих земель, сенокосных угодий однодворцы лишились при Генеральном межевании земель. По данным ученого и писателя 18 века В. А. Левшина за дворянами с их крестьянами числилось 153 337 десятин 552 сажени различных угодий. В совместном владении с однодворцами помещики имели 196 370 десятин 311 саженей. Судя по количеству проживавших в однодворческих селениях крепостных, не менее половины из них были присвоены дворянами. А крепостным крестьянам приходилось распахивать остатки целинных лесостепных массивов в худших условиях, чем служилым людям.
Некоторые помещики в последней четверти 18 века стали рекламировать картофель как заменитель хлеба в случае неурожая и в расчете на то, что сэкономленный хлеб можно будет продать. Крестьяне нашего уезда «пользу картофеля» узнали от активного пропагандиста этой культуры члена Вольного Экономического общества секунд-майора Давыдова.
Ожесточенная классовая борьба однодворцев с помещиками за старинные дедовские дачи продолжалась вплоть до реформы об отмене крепостного права 1861 года.
